▲ Наверх (Ctrl ↑)
ИСКОМОЕ.ru Расширенный поиск
* Статья опубликована: Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник 1982. — Л., Наука 1984. — Стр. 208–211.
© Издательство «Наука», 1984

Т. А. Сидорова

К вопросу о миниатюре из Евангелия попа Домки

1 В. Н. Лазарев. Искусство Новгорода. М.—Л., 1947, с. 47–48; Г. И. Вздорнов. Миниатюра из Евангелия попа Домки и черты восточно-христианского искусства в новгородской живописи XI–XII веков. — В кн.: Древнерусское искусство. Художественная культура Новгорода. М., 1968, с. 202. 2 Г. И. Вздорнов. Указ. соч., с. 212; В. Н. Лазарев. Указ. соч., с. 48.

        
 c. 208 
¦
Евангелие попа Домки (ГПБ, Fn I, 7), называемое также Милятиным, по имени заказчика новгородского купца Милятина Лукинича, относится исследователями к концу XII или началу XIII в.1


Евангелист Иоанн
Миниатюра Евангелия попа Домки

     Миниатюра, о которой идет речь, написана на отдельном листе и вставлена в рукопись попа Домки в самом начале. Она датируется временем более ранним, чем рукопись, — концом XI или началом XII в.2 Неоднократно упоминаемая авторами различных изданий (книг, статей) и исследованная в специальной статье (см. прим. 1), она все же не получила, как мне кажется, удовлетворительного объяснения.

     В своих суждениях я основываюсь исключительно на иконографическом и идеологическом содержании приводимых мною памятников, не касаясь художественной их оценки.

     На миниатюре из Евангелия попа Домки Евангелист Иоанн изображен сидящим в трехчетвертном повороте на скамье с мутакой. На коленях у него раскрытая книга, которую он придерживает левой рукой, правой как бы переворачивая страницы. Но он не читает. Глаза его, оторвавшись от книги, устремлены куда-то вдаль. Он как бы охвачен размышлением или созерцанием явившегося ему видения.

     За спиной св. Иоанна изображена в более мелком масштабе человеческая фигура, тесно прильнувшая к его спине и положившая правую руку на его плечо. Эта фигура плохо сохранилась. Лик ее стерт почти совершенно. Но ясно: она нашептывает что-то на ухо евангелисту Иоанну. Голова ее, как и голова евангелиста, заключена в большой круглый нимб. Оба нимба, соприкасаясь, не пересекаются друг с другом.

3 Например: А. И. Некрасов. Древнерусское изобразительное искусство. М., 1937, с. 139 и др. 4 В. Н. Лазарев. Указ. соч., с. 47–48; А. Н. Свирин. Древнерусская миниатюра. М., 1950, с. 32, 38 и др. 5 Г. И. Вздорнов. Указ. соч., с. 206 и 208.

     Определение этого персонажа, стоящего за спиной евангелиста Иоанна на высоком подножии в виде четырехугольной тумбы, вызвало разногласия среди исследователей. Его принимали за бескрылого ангела, диктующего св. Иоанну текст Евангелия,3 или за олицетворение Софии Премудрости,4 часто изображаемой с евангелистами в той же роли вдохновительницы. Оба эти определения справедливо отвергаются в статье Г. И. Вздорнова; указав на то, что эта фигура мужская, поскольку ясно видны остатки ее бороды, автор предлагает считать ее апостолом Павлом.5

     При определении этой загадочной фигуры следует подчеркнуть, что она изображена не просто «рядом» с евангелистом Иоанном, как равноценный с ним персонаж. Она имеет здесь значение некоего высшего существа, сообщающего евангелисту премудрость, которая должна быть воплощена в его Евангелии. Так выражена исконная идея византийских и древнерусских людей о боговдохновенности Священного Писания.

6 См., например, миниатюры сербских Евангелий XIV в. в Хиландарском монастыре на Афоне (Светозар Радоjчић. Старо српско сликарство. Београд, 1966, табл. XXVI, с. 120 и табл. 9, с. 164), а также роспись церкви Богоматери в Пече, XIV в. (F. R. Petkovič. La peinture serbe du Moyen Âge, II. Beograd, 1934, pl. CVI). 7 По свидетельству древнего предания, апостол Павел был учителем Луки, апостол Петр — учителем Марка. См.: Г. И. Вздорнов. Указ. соч., с. 207, прим. 35.

     В древнехристианском искусстве — византийском, югославянском, русском и др. — мы нередко встречаемся с изображением вдохновляющей Евангелиста фигуры; она принимает различные формы, но большей частью выступает в образе женского существа, стоящего позади или перед пишущим Евангелистом, и носит наименование Софии Премудрости.6 Важно то, что инспирирующая личность, по мысли древнего верующего человека, должна стоять в иерархии богопознания выше инспирируемого  c. 208 
 c. 209 
¦
ею автора. Так, в изображениях пишущих Марка и Луки и вдохновляющих их апостолов — Петра или Павла последние мыслятся значительно более искушенными в премудрости, чем евангелисты.7

8 Иногда три луча преподносятся ангелом, слетающим с неба. См.: Т. А. Измайлова. Армянская миниатюра. М., 1979, с. 154, табл. 95. 9 В. Н. Лазарев. История византийской живописи, т. II (атлас). М., 1948, табл. 158.

     Во многих иллюминованных Евангелиях три первые евангелиста, Матфей, Марк и Лука, изображаются с вдохновляющей их Софией. Значительно реже с Софией изображается евангелист Иоанн. Обычно Иоанн Богослов рисуется получающим вдохновение от трех лучей,8 исходящих из сектора небес, или выступающей оттуда десницы.9 Очевидно, инспирация даже Софии Премудрости казалась древним людям недостаточной для Евангелия Иоанна Богослова.

10 Ch. Diehl. Monuments byzantins inedits du onzième siècle. — Art Studies, Medieval, Renaissance and Modern. Camridge, 1927, tabl. page 3, fig. 1, Dresden, Grünes Gewölbe. 11 Ibid., pp. 3–4. Внимание Диля привлекает главным образом установление исторической идентичности «деспота Константина», упоминаемого в надписи, что дает возможность определить дату памятника. 12 М. Chatzidakis, A. Grabar. La peinture Byzantine et du haut Moyen Âge. Paris, 1965, fig. 81.

     Обратим внимание на некоторые изображения апостола Павла с верховными апостолами — Иоанном Богословом и апостолом Петром. На изданной Ш. Дилем костяной пластинке в Дрездене, датируемой им XI в.,10 т. е. временем, к которому относится и миниатюра Евангелия попа Домки, апостол Павел изображен вместе с Евангелистом Иоанном. Евангелист Иоанн Богослов и апостол Павел представлены в рост, стоящими на широком постаменте, фронтальная сторона которого украшена аркатурой на колонках. Иоанн Богослов слева, апостол Павел справа. Головы их, окруженные нимбами, слегка повернуты друг к другу. В левых, согнутых руках обе фигуры держат кодексы. Правая рука апостола Павла опущена, правая рука евангелиста Иоанна приподнята к груди жестом, обычно считаемым жестом благословения. По фону, вдоль голов изображенных персонажей врезные (столбиком) надписи, сообщающие их имена. Над их головами, по фону же — рельефная надпись в две строки греческого текста.11 Глаза Иоанна Богослова приопущены, взгляд сосредоточенный, задумчивый, губы полуоткрыты. Он говорит. Глаза апостола Павла широко открыты и с выражением пытливого внимания устремлены в сторону евангелиста Иоанна. Он слушает. Жест правой руки Иоанна Богослова, традиционно толкуемый как жест благословения, в данном случае, возможно, является жестом беседы, приглашающим к вниманию, к слушанию, как это мы видим, например, в сцене беседы царя Соломона с Иисусом, сыном Сираха, где оба собеседника обращаются друг к другу с одинаковым жестом правой руки.12 Выражение лиц обоих рядом стоящих персонажей на Дрезденской пластинке вполне соответствует такому толкованию. Каково же их соотношение друг с другом? Совершенно ясно: евангелист Иоанн поучает, апостол Павел внимает поучению. Приоритет вдохновения, убеждения, откровенного знания здесь явно на стороне евангелиста Иоанна, а не апостола Павла.

13 О. М. Dalton. Byzantine Art and Archaeology. Oxford, 1911, fig. 129.

     Может быть, еще разительнее выражена подобная же идея в композиции на другой резной по кости пластинке, относящейся к VI или VII в., с изображением апостола Павла и апостола Петра (из Музея Виктории и Альберта).13 Оба апостола сидят друг против друга, апостол Павел справа, апостол Петр слева. Св. Павел изображен склонившимся над кипой листов кодекса, лежащих на его коленях. В правой руке у него перо, он готовится записывать то, что скажет ему апостол Петр. Поза его выражает смирение и покорность послушного писца. Св. Петр изображен сидящим в кресле, в позе величественной и даже повелительной. Правая рука его с жестом, весьма схожим с жестом руки евангелиста Иоанна на пластинке из Дрездена, обращена к апостолу Павлу. Св. Петр диктует, св. Павел внимает и записывает. Между апостолами какой-то предмет, может быть подсвечник (?), на высокой ножке, стоящий на полу, а за ним, несколько в глубине, ангел, изображенный в фас, с крыльями, широко раскинутыми над головами сидящих апостолов. В левой руке ангела жезл, правая рука с открытой дланью обращена к апостолу Петру. Смысл композиции ясен: апостол Петр получает через ангела божественное откровение и сообщает его послушно записывающему апостолу Павлу. Приоритет в боговедении, как и на Дрезденской пластинке, принадлежит непосредственному ученику Христову, на этот раз простому рыбаку, апостолу Петру. Так понимали византийцы и древнерусские люди идейное соотношение между верховными апостолами Иоанном и Петром и после призванным апостолом Павлом.

     Мог ли при таких воззрениях, устойчиво существовавших на протяжении веков (как свидетельствуют приведенные мною пластинки — от VI до XI в.), апостол Павел мыслиться и изображаться вдохновителем евангелиста Иоанна? Думается, вряд ли.

     Кого же в таком случае изображает фигура, стоящая за спиной евангелиста Иоанна  c. 209 
 c. 210 
¦
на миниатюре из Евангелия попа Домки?

     Если присмотреться к нимбу этой фигуры, то можно увидеть еле заметное, но все же отчетливо выступающее перекрестие — верхний и левый концы eгo, слегка расширяющиеся у ободка, — остальное скрыто за головой сидящей фигуры евангелиста Иоанна. Нимб с перекрестием — исключительный атрибут Иисуса Христа — снимает всякие сомнения: сам Иисус Христос является, по мысли миниатюриста, вдохновителем евангелиста Иоанна, т. е. то Слово, которым и начинается четвертое Евангелие. Такое определение фигуры, стоящей за спиной Евангелиста Иоанна на миниатюре Евангелия попа Домки, находит свое обоснование в той оценке, которую давали древние люди повествователям четырех Евангелий. Иоанн и Матфей были непосредственными учениками Иисуса Христа, тогда как Марк и Лука получили свое откровение из вторых рук, от апостолов Петра и Павла. Очевидно, соблюдается градация значимости их вдохновения. 14 B. Н. Лазарев. Византийская живопись. М., 1971, табл. при с. 256 (датируется XIII в.); В. Д. Лихачева. Византийская миниатюра. М., 1977, табл. при с. 41 (датируется XIII в.). 15 В. Н. Лазарев. Византийская живопись, табл. между с. 256 и 261; В. Д. Лихачева. Указ. соч., табл. при с. 42. 16 В. Н. Лазарев. Византийская живопись, табл. между с. 256 и 261; В. Д. Лихачева. Указ. соч., табл. при с. 43. 17 В. Н. Лазарев. Византийская живопись, табл. между с. 256 и 261; В. Д. Лихачева. Указ. соч., табл. при с. 44. Знаменательно, что не только евангелист Иоанн изображается с Иисусом Христом как вдохновителем, но на некоторых миниатюрах и евангелист Матфей представлен получающим вдохновение из того же источника. Так, например, в Евангелии с Апостолом (ГПБ, греч. 101)14 над головой сидящего в обычной позе перед столиком св. Матфея изображен Иисус Христос в четырехугольной и овальной ауре с тетраморфами по сторонам ее. Нижний конец этой «Славы» касается круглого нимба евангелиста. Миниатюры той же рукописи с изображениями евангелистов — Марка, которому диктует стоящий за его спиной апостол Петр,15 и Луки, пишущего по указанию находящегося перед ним апостола Павла,16 — ясно раскрывают смысл композиций: в то время как другие два евангелиста вдохновляются верховными апостолами, евангелист Матфей получает откровение непосредственно от Иисуса Христа, как его очевидец и непосредственный ученик. Градация соблюдена и здесь, но в данном случае автор миниатюры предпочел выдвинуть на первое место не Иоанново откровение, а Матфеево. Евангелист Иоанн в иллюстрации той же рукописи не получает каких-либо отличительных знаков вдохновения. Он изображен спокойно диктующим свое Евангелие Прохору.17

18 Т. А. Измайлова. Указ. соч., с. 112, табл. 63. 19 Там же, с. 106, табл. 57, с. 108, табл. 59, с. 110, табл. 61. 20 Искусство Византии в собраниях СССР, каталог, т. 2. М., 1977, с. 64 и 65, № 517.

     В недавно вышедшей книге Т. А. Измайловой опубликованы миниатюры армянского Евангелия 1053 г. (Ереван, Матенадаран, М 3793), в которых находим подтверждение высказанной мною мысли: св. Иоанн, диктующий Прохору, изображен здесь с вдохновляющей его из сектора небес полуфигурой Иисуса Христа,18 в то время как другие три евангелиста представлены без инспирирующих фигур.19 И уже вполне явно выражена мысль о различии инспирации Матфея и Иоанна с Марком и Лукою в Евангелии XII в. (ГПБ, греч. 98), где над каждым евангелистом в тимпане арки, в медальоне дано погрудное изображение персонажа, к которому возводится автором евангельское откровение: здесь Лука изображен с Павлом, Марк с Петром, а Матфей и Иоанн изображены с Иисусом Христом (нимб с перекрестием).20

     Своеобразие композиции миниатюры Евангелия попа Домки заключается не в этой, очевидно общепринятой в древности мысли, а в том, что автор миниатюры решился высказать эту мысль не в завуалированной, символической форме, а вполне открыто, изобразив Иисуса Христа в качестве инспиратора в реальном человеческом облике.  c. 210 
  
¦


Главная | Библия | Галерея | Библиотека | Словарь | Ссылки | Разное | Форум | О проекте
Пишите postmaster@icon-art.info

Система Orphus Если вы обнаружили опечатку или ошибку, пожалуйста, выделите текст мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.

Для корректного отображения надписей на греческом и церковно-славянском языках установите на свой компьютер следующие шрифты: Irmologion [119 кб, сайт производителя], Izhitsa [56 кб] и Old Standard [304 кб, сайт производителя] (вместо последнего шрифта можно использовать шрифт Palatino Linotype, входящий в комплект поставки MS Office).

© Все авторские права сохранены. Полное или частичное копирование материалов в коммерческих целях запрещено.